Что такое Чернобыльский регистр: результаты и достоверные данные через 30 лет работы. Интервью главы Научной комиссии по радиологической защите, члена-корреспондента РА МН, заслуженного деятеля науки Виктора Иванова.

Приближается 30-я годовщина чернобыльской катастрофы. Все эти годы проблемы медицинских радиологических последствий Чернобыля играли ключевую роль как на национальном, так и на международном уровне. В городе Обнинске уже летом 1986 года был создан Чернобыльский регистр Советского Союза. Для того чтобы прекратить спекуляции вокруг чернобыльской темы, достаточно просто обратиться за достоверными данными в Обнинский регистр, в который включены данные по 800 тысячам человек.

5 1

Зачем создают радиологические медицинские регистры? Как они функционируют?

Дело в том, что в 1954 году прошлого века, через 9 лет после страшных атомных бомбардировок 1945 года, был создан Регистр Хиросимы и Нагасаки. В него было включено 86 тысяч человек. Этот Регистр функционирует до сих пор, уже больше 60 лет идет наблюдение за состоянием здоровья людей, переживших бомбардировки.

В настоящее время примерно 40% этой когорты остаются живы. И важно подчеркнуть, что научный комитет по действию атомной радиации ООН, головной организации по радиационной безопасности, все эти годы при разработке норм радиационной безопасности базировался на данных именно Регистра Хиросимы и Нагасаки.

Что касается нашего Чернобыльского регистра, то приказ о его создании в Обнинске был опубликован уже в конце июня 1986 года, т.е. через 2 месяца после чернобыльской трагедии. Перед Регистром были поставлены две основные задачи: научные исследования в области действия ионизирующего излучения и выработка практических рекомендаций.

Необходимо было учесть всех граждан из так называемой группы риска?

Радиационному воздействию в разных дозах подверглось много людей. Надо было формировать группы риска для оказания адресной медицинской помощи. Несколько лет назад мы обратились с инициативой подготовки закона РФ о Национальном регистре. Министерство здравоохранения, Министерство по ЧС, ряд других ведомств поддержали эту инициативу, и Президент РФ Владимир Путин подписал закон о Национальном радиационном эпидемиологическом регистре. Это очень важный документ, его нет ни в Белоруссии, ни на Украине. Сегодня наш Национальный радиационный эпидемиологический регистр – это государственная информационная система персональных данных граждан, подвергшихся радиационному воздействию в результате катастрофы на Чернобыльской АЭС, других радиационных аварий, ядерных испытаний и иных радиационных катастроф и инцидентов, обеспечивающая пожизненный учет изменения состояния здоровья.

Со дня Чернобыля мы прожили 30 лет, но работать регистр должен ещё долго для анализа текущих и отдаленных радиологических последствий.

5 2

Сколько людей включено в Национальный регистр?

В настоящее время в Регистр включено более 800 тысяч человек, которые подверглись в разной степени радиа- ционному воздействию, в том числе и малых доз облучения. Потому что задача Регистра – доказывать отсутствие или наличие радиационных рисков, а для этого мы должны иметь весь диапазон доз, чтобы сравнивать. Поэтому Регистр – это одна из крупнейших информационных баз в национальной системе здравоохранения. И данные на всех этих людей поступают ежегодно, мы обеспечиваем охват диспансеризацией примерно 80–90% людей из этой численности. Прежде всего нас интересуют данные по онкологической заболеваемости и заболеваниям системы кровообращения, которые являются основными гипотетическими факторами радиологических последствий.

В прошлом году была опубликована большая книга «Медицинские радиологические последствия Чернобыля. Прогноз и фактические данные спустя 30 лет». Под редакцией члена-корреспондента РАН Андрея Дмитриевича Каприна и моей. Это большая книга, которая охватывает три основных направления: вопрос экспериментальной радиологии, по сути дела, это дозиметрия, нам же дозу надо знать, если мы говорим о последствиях; это клиническая радиология, потому что очень много людей, подвергшихся радиационному воз-

действию, прошли через клинику нашего центра; и это раздел радиационной эпидемиологии, то есть оценки радиационных рисков.

Уместно ли сравнение японского регистра с Чернобыльским?

Как я уже говорил, Регистру Хиросимы и Нагасаки уже 60 лет. Но мы должны понимать, что средняя доза хибакуся (людей, переживших бомбардировки. – Ред) на порядки превышала дозу лиц, подвергшихся воздействию после Чернобыля. Она в среднем составляла примерно 220 милигрей (мГр) в Хиросиме и Нагасаки. У нас же средняя доза, например в Брянской области, которая в наибольшей степени подверглась радиационному воздействию, составляет в настоящее время всего 30 мГр, т.е. в 7 раз ниже. И поэтому данные Чернобыля имеют первостепенное значение для объективной оценки риска.

Совсем недавно была авария в Фукусиме, и, понимая, что доза Фукусимы не сопоставима с Хиросимой и Нагасаки, руководство МАГАТЭ официально обратилось к нашему Национальному регистру, чтобы все радиологические последствия Фукусимы были оценены здесь, в Обнинске. И вот совсем недавно, примерно месяц назад, вышла официальная книга МАГАТЭ, которая полностью дает оценку радиологических последствий для населения Японии, проживающего в этой префектуре, на долгосрочный период. Эта оценка базируется на данных российского Чернобыльского регистра.

5 3

А как с практической точки зрения работает Национальный регистр?

Как я уже говорил, кроме естественно-научной задачи влияния радиации при малых и средних дозах, есть практическая задача, которая стоит перед Минздравом и перед нами, – это формирование групп риска с учетом всей объективной информации, которую мы получили за эти десятилетия. Национальный регистр, имея такой массив данных и современные статистические технологии для анализа этих данных, выдает коэффициенты риска различных заболеваний на основе прямых эпидемиологических исследований. То есть выдаём зависимость «доза – эффект» и формируем группы потенциального риска. Эта информация дальше передается в специализированные медицинские центры для оказания адресной эффективной и своевременной медицинской помощи.

Какие же главные выводы сделаны Национальным регистром на протяжении этих 30 лет?

Прежде всего, хочу отметить уникальность Чернобыльского регистра, так как в него было включено небывалое количество людей. Почти 200 тысяч. Это большая когорта. То есть это позволяет получить очень точные данные, потому что обычно для эпидемиологических исследований включают 5 или 10 тысяч человек, а тут 200!

Но что было установлено самое главное по итогам наблюдений?

Было установлено, что у ликвидаторов, которые все-таки получили дозы выше средних, это примерно 250 мГр и больше, то есть выше, чем Хиросима, было зарегистрировано небольшое повышение частоты онкологических заболеваний. Но мы должны помнить, что из 200 тысяч такие дозы получили не больше 12–13% ликвидаторов.

В Регистре две основные группы: это ликвидаторы и население так называемых загрязненных территорий. К ним отнесены четыре области: Брянская, Калужская, Тульская и Орловская. В Регистре у нас зарегистрировано примерно 400 тысяч человек, которые проживают в этих областях и за которыми ведется наблюдение.

Что было установлено? Ну вы знаете, что первые 2–3 месяца после чернобыльской катастрофы широко обсуждалась проблема йодного удара, йод 131-й, облучение детей и возможные последствия. Это очень широко обсуждалось и на национальном, и на международном уровнях. Этому были посвящены многочисленные крупные международные конференции, которые проводили МАГАТЭ, НКДАР и т.д.

Какой окончательный результат получен? Он говорит, что дети, которые первые 3–4 месяца после чернобыльской катастрофы были облучены достаточно высокими дозами йода 131-го (период полураспада йода очень небольшой, и поэтому проблема закончилась в августе, речь идет только о первых 3–4 месяцах). Так вот у детей, которые получили примерно дозу облучения на щитовидную железу 300 мГр, в два раза выросла частота заболеваемости раком. 

По взрослому населению такой зависимости не выявлено! По другим видам рака, кроме рака щитовидной железы и рака крови – лейкоза, дозовой зависимости не выявлено тоже. Это очень важно.

А что касается группы риска детей, о которой вы говорили?

Через наш центр за эти годы прошло несколько сотен таких детей. Так вот за счет оказания своевременной адресной медицинской помощи среди них практически отсутствует смертность по этой причине, т.е. все они живы, но у них был рак щитовидной железы. Прошло 30 лет. Конечно, мы продолжаем наблюдать и отслеживать дальше.

Вы сказали, что наблюдаете 400 тысяч человек, а какова из них группа риска?

Сначала по первой группе – по ликвидаторам. Термином «ликвидаторы» мы называем 200 тысяч человек. Из них группа риска – 32 тысячи. Группа высокого риска – 7,5 тысячи человек. И будем говорить честно, это именно те, кто был первый год в 30-километровой зоне.

Вторая группа – это население. Их 400 тысяч человек сейчас в Регистре. Поэтому группа потенциального риска – это порядка 43 тысяч человек, а группа высокого потенциального риска, доказано, это прежде всего йод-131, рак щитовидной железы и дети – это 14 тысяч человек. Эта информация крайне важна органам практического здравоохранения, чтобы они адресно своевременно и эффективно могли оказывать медицинскую помощь. Именно тем, кто находится в группе потенциального риска, а не размазывать по десяткам областей.

5 4

Расскажите об основных задачах, стоящих перед Национальным регистром в последующие годы.

Хочу напомнить, что по закону Президента РФ за Регистром закреплено пожизненное наблюдение, то есть нам предстоит работать как минимум еще 50 лет. Я бы сформулировал три основные задачи, которые нам надо в ближайшее время решать. Первая – это как Регистр Хиросимы и Нагасаки продолжать исправно выполнять свои функции. Дело в том, что есть понятие латентного периода заболевания, то есть последствия могут проявляться через 10 лет или даже больше. Прошло 30 лет, но до сих пор остаются люди в группе риска. И мы должны за ними наблюдать.

Вторая серьезная задача – это использование накопленных нами данных на международном уровне. Россия активно работает в МАГАТЭ. Россия активно работает в научном комитете по действию атомной радиации. Заседания НКДАР проходят ежегодно. Ближайшее заседание будет в июне. Большинство наших докладов как раз по рискам в области малых доз. То есть нормативы, которые предлагают международные организации, должны обязательно учитывать наши выводы по малым дозам. Более того, генеральный директор Росатома Сергей Кириенко поддержал инициативу Национальной комиссии по радиационной защите, которую я возглавляю в России, что каждый человек, стоящий на индивидуальном дозиметрическом контроле, должен знать величину своего текущего риска, связанного с профессиональным облучением. 92% персонала корпорации Росатом, состоящего на дозиметрическом контроле в 2015 году, знают величину своего риска. Такого результата нет нигде в мире, поэтому МАГАТЭ подписало договор с Росатомом о распространении этой технологии через МАГАТЭ во все другие европейские страны.

И третье, Президентом России подписан очень важный документ – основы государственной политики Российской Федерации по обеспечению ядерной радиационной безопасности населения России до 2025 года. Там ставится ключевая задача распространить опыт Росатома на работников других отраслей, стоящих на дозиметрическом учёте, это и врачи-радиологи, и другие контингенты. Эта задача должна быть решена в ближайшие 10 лет.

© Государственная корпорация по атомной энергии «Росатом», ООО «НВМ-пресс», Вестник Атомпрома